КРСТО ХЕГЕДУШИЧ. ПОДРАВСКИЕ МОТИВЫ. Часть II.

   

Братья Хегедушич в Хлебине. 1934 г.
(К.Хегедушич - крайний справа).

Раздумья.

Кегельбан.

Маричка Вугрек.

Передышка.

"Течет Сава, течет Драва..."

Продавцы жареного мяса.

Франц Гргурич.

Во дворе.

Перед новостройкой.

Несчастье.

"Родился у нас царь небесный"

Разбойник.

Пепек в тюрьме.

Пепек спит.

Пепек утром.

Приятели Пепека в полдень.

Перед освобождением.

Дядюшка Пепека.

На свободе.

КРСТО ХЕГЕДУШИЧ. ПОДРАВСКИЕ МОТИВЫ. Часть I.

     В ближайшие дни начнется 19-й ежегодный Фестиваль наивного искусства и традиционных ремесел "Подравские мотивы", традиционно проходящий в "столице" Подравины, городе Копривница и его окрестностях, в том числе, в известном на весь мир селе Хлебине.

     Между тем, название фестивалю дал сборник рисунков известного художника и педагога КРСТО ХЕГЕДУШИЧА, "отца" и идейного вдохновителя хорватского наивного искусства. Ровно 80 лет назад, в 1933 году, с Предисловием МИРОСЛАВА КРЛЕЖА (имя которого связывают с началом возрождения хорватской литературы в 30-е годы двадцатого столетия) был издан этот сборник, вызвавший большие дискуссии и споры.
     В этих рисунках хорошо видна будущая иконография и тематика "Хлебинской школы" (кстати, частично заимствованная  самим Хегедушичем у ГЕОРГА ГРОССА и ФЛАМАНДСКОЙ ШКОЛЫ). Прямые отсылки на рисунки Хегедушича можно увидеть и в творчестве ИВАНА ГЕНЕРАЛИЧА, МИРКО ВИРИУСА, и у наивных художников второго, послевоенного поколения "Хлебинской школы" (например у ДРАГАНА ГАЖИ) и у многочисленных авторов следующих поколений.
     Я думаю, 80 лет - хорошая дата, чтобы еще раз вспомнить ставший классическим для целой эпохи труд талантливого художника Крсто Хегедушича, подарившего название (а в чем то и содержание и, как минимум, общехорватскую известность) сегодняшнему замечательному событию.

Крсто Хегедушич (крайний слева) с участниками группы "Земля". 1930 г.
 Хлебинские горицы.

Мирослав Крлежа. 1929 г.

     "Подравские мотивы" - серия рисунков опубликованных в 1933 году, в Загребе - оказались одним из поворотных моментов в хорватском искусстве в период между двумя мировыми войнами. Их важность была признана на двух основных уровнях. Первое, тридцать четыре рисунка Хегедушича могут быть интерпретированы в контексте основных особенностей работы художественного объединения "Земля", а также как конкретное программное заявление  автора по поводу формы и содержания. С другой стороны, "Подравские мотивы" имеют особое значение из-за сложных идеологических сражений, которые последовали вслед за их публикацией. В частности, Предисловие "Подравских мотивов" Мирослава Крлежа - по словам Станка Ласича, его наиболее лучшего истолкователя - "...основной текст всего конфликта в левой литературе". В этом смысле, сами рисунки вскоре после публикации приобрели дополнительный вес, и их значимость наблюдается в первую очередь в контексте основного вводного текста: в свете приверженности социально ангажированного, но независимого искусства, за художественные произведения  как продукт индивидуального творческого стимула, и против его всеобъемлющей идеологизации. Тем не менее, критический обзор самих рисунков, как и их предисловия, не может быть ограничен диапазоном значений, связанных с известным левым конфликтом. В частности, в Предисловии Крлежа рассматриваются многие проблемы, которые признаны ключевыми в определении характеристик хорватской культурной идентичности в первой трети 20-го века. Таким образом, некоторые части текста можно трактовать через призму национальной идентичности в отношении художественного творчества, как одной из фундаментальных проблем, которые пытались сформулировать ведущие участники художественной группы "Земля", а также другие новаторы хорватского искусства. В этой связи особое внимание уделяется роли Крсто Хегедушича в процессе формулирования идеи независимой, национальной художественной выразительности, это подчеркивает важность  значения "Подравских мотивов", как одной из связей соединяющих идеологическую позицию левой политической ориентации с национальной категорией, и дает представление о привлекательных характеристиках этих идей среди аналогичных явлений в центрально-европейском культурном пространстве.

     (Петр Прелог. Вопрос о национальной идентичности в "Подравских мотивах" Крсто Хегедушича.)

     Tekst na hrvatskom jeziku, na kraju publikacije.

...Когда бы нам дали еще одну монетку.

Возвращение с поля.

Михоланские нищие.

Паломники.(Поклонение Богоматери).

Торговцы скотом.

Ярмарка.

Молварский престольный праздник.

Нищие.

Трудяги за обедом.

Подравские дороги.

Лущильщики.

Горицы.

Мужчины.

Три мужчины.

Ожидание.

     Podravski motivi Krste Hegedušića – zbirka crteža objavljena 1933. u Zagrebu – pokazali su se jednom od prijelomnih točaka u hrvatskoj umjetnosti međuratnog razdoblja. Njihova se važnost prepoznaje na dvije temeljne razine. Prvo, tridesetak Hegedušićevih crteža može se interpretirati u kontekstu osnovnih obilježja djelovanja Udruženja umjetnika Zemlja, kao eksplicitan iskaz autorovih oblikovnih nastojanja, ali i sadržajnih inklinacija. S druge strane, Podravski motivi posjeduju osobitu važnost zbog složene ideološke bitke koja ih je pratila. Naime, Predgovor Podravskim motivima Miroslava Krleže – po riječima Stanka Lasića, njegova najznačajnijeg tumača – »osnovni je tekst čitava sukoba na književnoj ljevici«. U tom smislu i sami su crteži nedugo nakon objavljivanja zadobili dodatnu težinu, pa su značenjski promatrani prije svega u temeljnom kontekstu uvodnoga teksta: u svjetlu zalaganja za društveno angažiranu, ali neovisnu umjetnost, za umjetničko djelo kao produkt individualnih stvaralačkih poticaja, a protiv njegove sveobuhvatne ideologizacije. Ipak, kritičko sagledavanje samih crteža, kao i njihova predgovora, ne može biti ograničeno isključivo na spektar značenja povezan s glasovitim sukobom na ljevici. Naime, u Predgovoru Krleža raspravlja i o mnogim problemima koje prepoznaje kao ključne za određivanje obilježja hrvatskog kulturnog identiteta početkom četvrtog desetljeća. Tako se pojedini dijelovi teksta mogu tumačiti kroz prizmu odnosa nacionalnog identiteta i umjetničkog stvaralaštva, kao jednog od temeljnih problema koji su nastojali artikulirati vodeći članovi Udruženja umjetnika Zemlja, ali i drugi protagonisti hrvatske umjetnosti. U tom smislu, posebna se pozornost pridaje Hegedušićevoj ulozi u procesu artikulacije ideje o nezavisnom, nacionalnom likovnom izrazu te se ističe značenje Podravskih motiva u povezivanju ideoloških pozicija s lijevim političkim predznakom i nacionalnih kategorija, što toj ideji daje specifično obilježje među srodnim pojavama u srednjoeuropskom kulturnom prostoru.

     (Petar Prelog. Pitanje nacionalnog identiteta u Podravskim motivima Krste Hegedušića.)

   

      При подготовке использованы материалы из переиздания Крсто Хегедушич "Подравские мотивы", LIBER, издание Института изучения литературы Философского факультета, Загреб, 1971 год.

     

ДРАЖЕН ТЕТЕЦ. Персональная выставка в Музее Матиа Скурьени.

Д.Тетец с организатором выставки проф.М.Ленковичем (третий слева).
 Крайний слева - проф. С.Шполярич.

Плакат выставки с репродукцией картины "Наводнение" (Poplava).

     В Музее Матиа Скурьени, в Запрешиче (часть Большого Загреба) прошла персональная выставка наивного художника из села Хлебине ДРАЖЕНА ТЕТЕЦА (Dražen Tetec).
     Автору этих строк предоставилась отличная возможность для посильного участия в организации этой выставки. Я выступил соиздателем прекрасного каталога, автором и главным издателем которого, явился Музей Матиа Скурьени в лице его директора Марио Ленковича (Mario Lenković). Получив приглашение на выставку, я с большим удовольствием принял участие в ее торжественном открытии.
     Выставка получилась прекрасной.
     Это и замечательное выставочное помещение, с особой атмосферой толстых старинных стен, деревянных полов и балочного потолка.
     Наверное это и Дух самого Скурьени, Его работ, Его Музея. Несмотря на достаточную удаленность от центральных мест посещения, выставочная репутация у музея очень высокая. Проще говоря, многие наверное хотели бы здесь выставляться, да немногим удается. Насколько я знаю, из наивных художников, за последние 10 лет персональные выставки были только у МАРТИНА КОПРИЧАНЦА и МИЛАНА ГЕНЕРАЛИЧА.
     И самое главное, это конечно картины Дражена Тетеца. Автор выставил 28 своих произведений. Некоторые из них уже знакомы зрителям, стали "классикой" художника, побывали на различных выставках и удостоились признания публики и похвалы критиков.
Также на выставке представлено много новых работ, из последних летнего и зимнего периодов творчества автора, в которых заметен стремительный рост его мастерства и количества новых идей.
     Безусловно, это большое событие в его творческой биографии. Какая-то веха, я бы сказал определенный рубикон, значение и последствия которого, надеюсь, мы увидим в недалеком будущем.
     Вся эта выставка - демонстрация изобразительного мастерства, мощной творческой силы и огромного художественного вдохновения.
     Дражен, сейчас тебе нет равных. Я желаю тебе Успеха!
   

Каталог выставки.

     Вот что об этом, в предисловии к каталогу, пишет директор Музея Матиа Скурьени и организатор выставки профессор Марио Ленкович:

     "Картины Дражена Тетеца, я впервые увидел в 2009 году в Хлебине на одной из коллективных выставок, которые часто посещаю по роду своей деятельности. На одной из этих выставок меня заинтриговала работа, которая отличалась от остальных особым визуальным решением. Композиция на картине, которая изображала речной тростник, своим особым живописным выражением вызвала у меня ассоциации с другим малоизвестным художником в нашей среде – Ричардом Дада. Подойдя к картине, я увидел, что ее автор - Дражен Тетец, с которым вскоре и познакомился.
     В то время, я уже достаточно продолжительно работал над темой художественного изображения Адама и Евы в хорватском наивном искусстве, которая до этого времени не была исследована. Как раз, по завершению этого проекта была издана монография и подготовлена выставка, на которой Дражен Тетец был достойно представлен двумя своими работами.
     Работы этого наивного художника в течение короткого времени переросли в своеобразный тематический показ событий «из памяти» самого автора о некогдашней жизни Подравины. Тетец становится летописцем событий прошлого "записывая" кистью плетение корзин, намывание золота, наводнения, которые часто бывают в этом крае…пейзажи и людей. Например, картина «Наводнение», которая своей глубиной перспективы и множеством элементов, что предстают перед нашими глазами, напоминает голландских художников и их способы решения перспективы, доказывая, что Дражен Тетец знает и учится у старых мастеров. Работа «Бортники» изображает сбор меда в лесу, и показывает зрителю еще одно событие из часто представляемой художником этнографической тематики, с использованием всего богатства цветовой палитры…
     На картине «Ангелы» в тематическом окружении зимней идиллии, показаны стихийные водовороты, которые несут серьезную угрозу в зимние времена, и проглотившие множество жизней и человеческих судеб. Повышенную выразительность произведения, усиленную множеством деталей и элементами трагедии, мы особенно видим на картине «Водоворот на Драве».
     Тематическое совершенствование или, можно сказать, постоянное исследование реальности вкупе со своим воображением, привело к фантастическому результату видимому на многих новых работах Дражена Тетеца. Безусловно, это нечто совершенно новое, и картины Дражена Тетеца являются настоящим обновлением наивной изобразительной сцены."

Ангелы ( Anđeli). масло/стекло. 600х700 мм. 2011 г.

Бортники (Medari). масло/стекло. 800х600 мм. 2011 г.

Пастух (Čordaš). масло/стекло. 500х600 мм. 2012 г.

Водоворот на Драве (Dravski vuliman). масло/стекло. 800х600 мм. 2010 г.

Прачки (Pralje). масло/стекло. 600х700 мм. 2012 г.

На базар (Na pijac). масло/стекло. 500х600 мм. 2013 г.

     И еще одна выдержка из предисловия к каталогу, написанного известным художественным критиком и искусствоведом, профессором Станко Шполяричем:

     "Повествование о богатстве природы – основа художественного творчества Дражена Тетеца. Своими работами Тетец опирается на традиции хлебинского наивного образа, находя место для собственной интерпретации, как в содержательном, так  и в художественном отношении.
     Для диалога с великими мастерами подравского наива, особенно с Мийо Ковачичем, Тетецу было необходимо живописное мастерство, дотошность в изображении каждой детали. Благодаря своему таланту и упорству, Дражену удалось достичь высокого уровня художественного исполнения в реалистичном изображении, с помощью которого он теперь может создавать картины со сложными сценариями, с большим количеством персонажей, с  богатой растительностью, с частыми разливами рек и т.д. К тому же он прекрасно соблюдает баланс между действиями всех персонажей повествования в различных жизненных ситуациях и природных стихиях…
     В написании выбранной тематики деревенской повседневности, Тетец  переступает порог обычного реалистичного изображения и приближается к фантасмагории, в которой реальность переплетается с выдумкой. Во множестве приятных межличностных отношений, часто изображаемых на его картинах, превосходящих сценами крестьян, работающих вместе, веселящихся, отдыхающих, этот, вроде бы обычный факт приобретает новое измерение. Может быть, иногда даже немного сказочное, которое идеализирует обычные жизненные обстоятельства. Своим художественным мастерством, Тетец как будто хочет перевести эту достаточно суровую, жизненную обыденность в состояние радости. Правда, картины не освобождаются от атмосферы тревоги, или диапазона других эмоций, но все же на первый план выходит радость маленького человека, слившегося с природой и его отношения с множеством односельчан, которые все вместе живут давно уже заданным ритмом сельской жизни…
     Во многих работах присутствует искорка юмора, которая помогает Дражену Тетецу добиваться нужного художественного выражения и которая также является результатом и навыков, и воображения, и замечательных художественных традиций."


 

Отъезд табора (Odlazak čergara). масло/стекло. 800х900 мм. 2012 г.

На закате (Predvečerje) масло/стекло. 600х800 мм. 2012 г.

Полдень (Podne). масло/стекло. 500х600 мм. 2011 г.

Голубятник (Golubar). масло/стекло. 700х800 мм. 2013 г.

Дравские старатели (Dravski zlatari). масло/стекло. 700х800 мм. 2012 г.

Переправа на Драве (Dravska skela). масло/стекло. 900х800 мм. 2013 г.

Подравские розы (Ruže Podravske). масло/стекло. 600х700 мм. 2011 г.

Мимозы (Mimoze). масло/стекло. 600х500 мм. 2013 г.

Желтая роза (Žuta ruža). масло/стекло. 1250х600 мм. 2012 г.

Свирельщик (Frulaš). масло/стекло. 900х800 мм. 2013 г.

Перекресток (Križanje). масло/стекло. 600х800 мм. 2012 г.

Декабрь... (Prosinac...). масло/стекло. 600х500 мм. 2013 г.

Уборка тростника (Sječa trstine). масло/стекло. 600х500 мм. 2012 г.

Заготовка дров (Skupljanje drva). масло/стекло. 600х500 мм. 2013 г.

Осень (Jesen). масло/стекло. 600х700 мм. 2012 г.

Запекание каштанов (Pečenje kostanja). масло/стекло. 700х800 мм.2012 г.

Иисус встречает свою мать (Isus susreće majku). масло/стекло. 700х600 мм. 2011 г.

Ситовщик (Prodaja sita). масло/стекло. 700х600 мм. 2011 г.

Predgovor prof. Mario Lenkovića i prof. Stanko Špoljarića za katalog izložbe Dražena Teteca u izvorniku, na hrvatskom jeziku.

     "Prateći različita likovna zbivanja, u središtu mog zanimanja često su samouki kipari, no intenzivno pratim i likovna zbivanja na području slikarstva. Slike Dražena Teteca prvi sam put vidio u hlebinama 2009. godine na jednoj od kolektivnih izložbi, koje redovito posjećujem prateći likovna zbivanja. Na jednoj od tih izložbi zaintrigiralo me djelo koje je u odskakalo od ostalih posebnim vizualnim rješenjima. Kompozicija na slici koja je prikazivala riječnu trstiku upravo me je tim posebnim likovnim izričajem horor vacui asocirala na jednoga drugog, u našoj sredini nepoznatog umjetnika i danas malo poznatog javnosti- Richarda Dada. Došavši do slike, ustanovio sam da je njezin autor Dražen Tetec, kojega sam ga ubrzo i upoznao.
     Tada sam već više godina radio na istraživanju i projektu o temi likovnih prikaza Adama i Eve koja do tada nije bila istražena u hrvatskoj naivnoj likovnoj umjetnosti. Budući da sam u to vrijeme upravo završavao navedeno istraživanje i projekt koji je ubrzo zatim trebao rezultirati izložbom i monografijom, tom sam prilikom u već gotovo završen projekt uvrstio i Dražena Teteca, koji se predstavio dvjema slikama.
     Rad tog slikara naive u kratkom je vremenu prerastao u svojevrsni tematski prikaz zbivanja „iz sjećanja" samog autora na nekadašnji život Podravine. Tetec postaje kroničar prošlih zbivanja „zapisujući" slikom izrađivanje košara, ispiranje zlata, poplave koje su česte u o njegovu kraju.....pejsaže i život ljudi. Primjerice, slika Poplava, koja svojom dubinom perspektive i mnogim elementima što se redaju pred našim očima asocira na nizozemske slikare i njihove načine rješavanja perspektive i zime, dokazuje da Dražen Tetec uči i od starih majstora koji su mu uzor. Djelo Medari prikaz je skupljanja meda u šumi i pokazuje promatraču još jedan u nizu etnografskih elemenata često zastupljenih na Tetecovim djelima, uz bogatstvo boja.
     Na slici Galileo maštovito smješta glavni lik — Galileo — upravo u svoj studio u Hlebinama, prikazujući ga kako iz tog prostora promatra čisto noćno nebo ne bi li otkrio nove zvijezde i došao do novih fizikalnih spoznaja. Slikar istražuje nove izazove u prikazu motiva i otkriva nove teme, od kojih su neke do sada potpuno nepoznate slikarima Podravine. Dražen Tetec u svojim likovnim i tematski istraživanjima ide i dalje. Naime, on ne samo da u slici prikazuje Galilea u Hlebinama, već u svojoj mašti nalazi i pingvine koji su zalutali u Podravinu i šeću podravskim pejsažima, druže se s Podravcima i lutaju selom.
     I slika Zablji princ asocira na priče iz djetinjstva koje Tetec rješava na maštovit način. Medutim, on se istodobno ne odriče ni svakidašnjih scena u Podravini, poput teme kao što je Pečenje kostanja.
     U slici Anđeli kao tematski okvir uzima zimsku idilu, prikazujući sablasne virove koji su odnijeli mnoge živote i prijeteći u zimskim vremenima, progutali brojne ljudske sudbine. Naglašenost ekspresivnog izričaja, pojačanoga mnogim detaljima i elementima tragedije, osobito se zapažaju na slici Dravski vuliman.
     Tematski pomak ili, možemo reći, permanentna istraživanja realizma, ali i mašte, kao i fantastike rezultirali su mnogim novim slikama Dražena Teteca. Naravno, to je nešto potpuno novo, pa su i slike Dražena Teteca pravo osvježenje na naivnoj likovnoj sceni.

                                                                                                            Mario Lenković



 Priča o raskošnosti prirode osnova je slikarskog opusa Dražena Teteca. Svojim djelom Tetec se oslanja na tradiciju hlebinskoga naivnog izraza nalazeći prostor za vlastitu interpretaciju, kako u sadržajnome, tako i u likovnom smislu.
     Za dijalog s velikim majstorima podravske naive, poglavito s Mijom Kovačićem, Tetecu je bila potrebna slikarska vještina, minucioznost u razradi svakog detalja. Talentom i upornošću Tetec je dosegnuo visoku razinu slikarske izvedbe na potki realističnoga, kojom je mogao oblikovati slike složenih scenarija s mnoštvom likova i krajolikom bogatog raslinja, s često razlivenim vodama, sastavnicom njegovih uprizorenja. Pritom je ostvario ravnotežu izmedu aktivnosti svih aktera priča u raznovrsnim životnim situacijama i bujnosti prirode, na dojam pomalo prašumske vegetacije. U maksimalnom zasićenju scene, pravom horror vacui-u, Tetec teži pulsiranju površine, i s kolorističke, i s oblikovne strane. U literarizaciji odabrane tematike seoske svakodnevnice Tetec je prešao prag puke realističnosti te se približio fantazmagoričnome, u kojemu se stvarnost isprepleće s izmaštanim. U mnoštvu simpatičnih međuljudskih odnosa Tetec često nadilazi banalno na njegovim slikama nižu se prizori seljaka koji zajedno rade, zabavljaju se, odmaraju, no puka činjeničnost dobila je novu dimenziju. Možda pokatkad i bajkovitu, kojom se idealiziraju životne teškoće. Svojim slikarskim majstorstvom Tetec kao da želi oporost prevesti u stanje radosti. Istina, slike po ugodajnosti nisu oslobođene tjeskobe, ni različitih raspona emotivnoga, no ipak u prvi plan izbija zadovoljstvo malog čovjeka, srasloga s prirodom i brojnim suseljanima koji dišu ritmom raslinja. Različito obojenoga, jer ga Tetec zahvaća u različitim godišnjim dobima. Pritom se prepušta kolorističkim užicima, intenzivira paletu do prsnuća, i u kromatici lišća, i u draperiji likova. Odijeva ih izvan modnih trendova, no kromatskom raskošnošću bliskom bojama ekspresionističke otvorenosti. Stilistika ekspresionizma sluti se i u razložnoj deformaciji figura koje su istodovno podvrgnute mjeri stilizacije. Konačno, kao i sam pejsaž, dramatski pokrenut, ali i pitom. Uskovitlanost neba oblacima kontrastirana je plohama vode na livadama ili u riječnim tokovima, izmedu ili unutar kojih treperi život. Tetec primjenjuje dva tipa kompozicije, onu horizontalne položenosti pojaseva ili dijagonalnog usijecanja u prostor. Sam raspored gradivnih jedinki donekle sugerira i sadržajnu uzbudljivost, no to je Tetecu ponajprije prilika da srodno varijacijama dovede do drugačije privlačnosti, do svog traga ljepote prepoznatoga u prirodi koja kao takva nestaje, i u načinu života prigušenoga u sjećanjima. U svome slikarstvu on je i te kako autentičan, pa i u primjerima parodoksalne ikonografije. Motiv pingvina u Podravini postaje stvaran zahvaljujući poveznici bjeline zime. A i uklapa se u uprisutnjenu iskru humornoga koja se Tetecovu umjetničkom izrazu mora osjetiti, u djelima sinteze vještine i mašte i strasnog slikarskog predanja.

                                                                                                                         Stanko Špoljarić